Меню
12+

Районная газета "Мамский горняк"

28.09.2021 09:58 Вторник
Категория:
Если Вы заметили ошибку в тексте, выделите необходимый фрагмент и нажмите Ctrl Enter. Заранее благодарны!
Выпуск 72 от 28.09.2021 г.

Георгий Петрович Бентхен.

К 50-летию со дня смерти

Детская память цепкая. С раннего возраста в моей памяти отложились фамилии еще не знакомых мне людей – Бентхен, Грозин, Бисикало. Один был главным врачом, другой главным геологов, третий — главным на берегу. Мои родители – отец работал в экспедиции, мать в техбазе, в своих разговорах уважительно отзывались об этих людях, называли их строгими и требовательными.

Моя единственная встреча с Георгием Петровичем состоялось где-то в пятом-шестом классе, зимой. Учились мы в старой школе, позже сгоревшей, недалеко от больницы. На перемене вывихнул большой палец правой руки. надел шапку и пошел в больницу. Высокий, черный, сердитый доктор вправил палец, медсестра загипсовала, и уже на следующей перемене каменной рукой стучал по парте.

Спросим у мамских старожилов, помнят ли они Георгия Петровича Бентхен. Ответ будет однозначным — помнят, прекрасный врач, ответственный и требовательный руководитель- хозяйственник. И люди приведут массу примеров и случаев. Это при нем был построен в сосновом бору «больничный городок» — современный по тем временам медицинский комплекс с центральным отоплением и канализацией.

Когда я заводил разговоры со старожилами о хирурге Бентхене, то они вспоминали добрым словом не только его, но и других врачей мамской больницы того времени: терапевта — Надежду Ивановну Поднебесную, детского врача – Антонину Алексеевну Хорошеву, стоматолога — Леонида Исааковича Мендюк, терапевта — Митрофана Ивановича Бровкина, регистратора — Марию Степановну Зайцеву …

Из воспоминаний старожила района, Анны Степановны Варновой.

- Это было в начале 50- х годов. На руднике Большой — Северной не может разродиться женщина. По реке сплошной ледоход. С мамской стороны мужики на лодке переправили Бентхена на Зарю. Заринские мужики переправили через Витим, а там тетеринские приняли эстафету и на лошади довезли до рудника. Женщину спас. Как переправлялись через реки ? Очень просто — по льдинам лодку тащили на себе, разводья преодолевали на лодке. Был риск быть раздавленными льдинами.

В декабре 2019 года газета «СМ номер один» публиковала серию очерков нашего земляка – Михаила Денискина. Один из очерков был посвящен Георгию Петровичу Бентхен. Там описывается случай – на вертолете, в нелетную погоду летал на Согдиондон, спасал роженицу.

Вспоминает Лариса Хорошева:

- Моя мама Антонина Алексеевна в 1948 году окончила Томский мединститут. По распределению попала в Воронцовку. В первую же ночь, ее врача-педиатра, вызвали к пациенту с белой горячкой. И пошло-поехало: то роды принимать, то вывих вправлять, то зуб удалять.

А в 1952 году доктор Бентхен пригласил ее работать на Маму. И они проработали рядом до 1966 года. Мама помогала, давала наркоз. Он требовал ее присутствия на операциях. Мама же уважала Георгия Петровича как человека и специалиста. Я ребенком часто бывала у мамы в больнице. Помню, как эти люди работали день и ночь, в праздники и будни, на совесть, не за награды.

Вспоминает Наталья Андреева (Давыдкина):

- Фамилии Бентхен и Поднебесная (жена Бентхена) в нашей семье всегда произносились с почтением: доктор Поднебесная спасла мою маму. Нашему Мамско-Чуйскому району повезло не только на лучших в мире геологов, но и на замечательных врачей.

Вспоминает Лыхин Андрей Павлович.

- Зимой 1965 года я попал в больницу поселка Горно-Чуйский с острой болью в животе. Приступ аппендицита не подтвердился, боли продолжались и меня направили в районную больницу в поселок Мама. К болям в животе добавилась небольшая простуда. Осматривала меня женщина-врач, которая прощупала мой живот, а это было очень больно, и пальцами простучала грудную клетку. Лечили уколами, таблетками, особенно запомнились лечебные порошки в плоских бумажных пакетиках. Медицинская сестра подбирала для укола самую маленькую иголку и говорила, что я попал к ним вовремя. Позднее мне знакомые врачи говорили, что иголку медсестра, наверняка, успевала заменить на более толстую, пока я поворачивался к ней спиной, потому как после укола более толстой иглой лекарства рассасываются быстрее. Так это или нет, но из процедурного кабинета я выходил довольный.

Вспоминает Лыхина Ольга Павловна:

- Летом 1968 года после окончания первого класса Горно-Чуйской школы, я отдыхала у старшей маминой сестры в селе Карам Казачинско-Ленского района Иркутской области. Помогая деду Якову, который был в состоянии хорошего подпития, добраться до летней кухни, позвала на помощь старшую сестру Татьяну. Однако и вдвоем мы не сумели добраться до цели, дед завалился и при падении придавил меня, сломав левую ключицу. Моя мама находилась на курорте по путевке. Забрала меня мама из Карама спустя неделю после перелома и сразу, по прилету в поселок Мама, привезла меня в больницу, где мне сделали рентген-снимок. Доктор-мужчина, осмотрев меня, посетовал, что время упустили (ключица начала срастаться), но шанс еще остался. Мне на каждое плечо водрузили по тряпичному жгуту в виде колец, а на спине их стянули достаточно сильно. Доктор сказал, что хрящик еще не загрубел, и он надеется, что ключица выправится, говорил тихим спокойным голосом, и я его не боялась. Это был Бентхен Георгий Петрович, маме он рассказал, как следует действовать в дальнейшем. Ключица моя выровнялась, за что я очень была благодарна этому доброму доктору. Запомнила его шевелюру, а также штакетник и большие деревья возле больницы. Кстати, моей маме Георгий Петрович вырезал хрящ на ступне возле мизинца, который начинал увеличиваться и мешал надевать праздничные туфли, а доктор-стоматолог Мендюк пломбировал маме больной зуб. Вот так, за одну поездку врачи районной больницы сделали нам столько добра!

Отложим в сторону воспоминания старожилов, их много, всех не перескажешь.

Главный врач районной больницы Георгий Петрович Бентхен был не только прекрасным хирургом. Требовательный руководитель хозяйственник. В первую очередь был требовательным к себе, к подчиненным, к больным. Злостных нарушителей больничного режима выгонял из больницы, не хочешь лечиться — лечись сам. Знакомый мне охотник по пьянке сильно обгорел. Доставили его в районную больницу, лечили. Дело пошло на поправку, стал выпивать, друзья приносили водку. Главный врач предупредил – «… еще раз увижу пьяным – выкину …». Выкинул …

Весной, в те далекие времена, на берегу Витима проводились стрельбы. Стреляли из пистолетов сотрудники милиции и офицеры запаса. Хирург Бентхен твердо и точно владел не только скальпелем, там, на берегу ему не было равных.

На углу улиц Советская и Победы стоял большой трехквартирный дом. Там жили Ходиковы, Жуковы и Бентхен. Большой двор летом утопал в цветах. Кругом цветы – на клумбах, в горшках и ящиках. Такого цветочного двора больше в поселке я не встречал.

Врач — Георгий Петрович Бентхен, ответственно относился к сохранению здоровья трудящихся района, менее ответственно — к своему собственному. Что и послужило причиной преждевременного ухода.

Прощание с заслуженным врачом и почетным гражданином поселка проходило в мамском клубе. Сотни мамчан провожали Георгия Петровича в последний путь.

У Бентхена был сын Геннадий, работал на руднике Луговка.

Потом слышал – уехал в Канаду.

Недавно мамчане получили книгу — «Производственная практика»,

Автор — А.В. Балясов так рассказывает о Геннадии Бентхен:

- «… но еще по моей работе на Мамско-Чуйских рудниках я хорошо был знаком с ее сыном – Геннадием Бентхен, который работал на руднике Луговка главным маркшейдером, а в конце 1990-х годов – главным инженером рудника. Он с пониманием относился к исследовательским работам нашего института и всячески их поддерживал. Всегда принимал активное участие в научно-технических конференциях ГОКа «Мамслюда».

Как-то в зимний морозный вечер я с сотрудником института Ю. Голодом был у него в гостях, где его жена, Надежда, угощала нас вкусными домашними сибирскими пельменями. В гостях у Геннадия впервые услышали Вили Токарева «Небоскребы, небоскребы, а я маленький такой» и другие песни в его исполнении. Геннадий сказал, что у него в Канаде со времен Октябрьской революции живут родственники, и он очень хотел бы с ними встретиться. Видимо это желание в дальнейшем двигало его поступками. Вскоре он переехал в Тольятти и стал работать научным сотрудником в институте ВНИИНеруд. Жена с двумя детьми осталась в Луговке. После Тольятти вскоре он оказался в Москве и женился на коренной москвичке. В новой семье у него родился сын Георгий (в честь дедушки-хирурга), и они всей семьей переехали в Канаду. Там, в Торонто, он устроился в золотопромышленную компанию, которая занималась освоением золотоносных месторождений на Дальнем Востоке России и в Казахстане. Так что, бывая в командировках в родных краях, он иногда звонил. За три года он хорошо освоил английский язык и методы работы канадских и американских компаний. В 2004 году он вернулся с семьей в Москву и устроился в Санкт-Петебургское отделение «Полиметалл»- одну из ведущих компаний по добыче золота и серебра в России и Кахахстане, самостоятельно осуществляющую весь комплекс работ по освоению рудных месторождений.

В Санкт-Петербурге Геннадия поселили в ведомственную квартиру «Полиметалла» на улице Счастливой. Знакомых у него в городе не было, и мне нередко приходилось скрашивать его одиночество, правда, по условиям трудового договора он дважды в месяц мог ездить домой в Москву. Я ему очень благодарен за переводы с сайтов США и Канады информации по направлениям использования волластонита и особенно за помощь в спасении технической библиотеки «Гипронинеметаллоруд».

Через некоторое время мне позвонил из Москвы П.И. Васев и сообщил, что Геннадий Георгиевич. Бентхин умер. Все началось с простой простуды и высокой температуры. Неотложная помощь не нашла причин для госпитализации, а через несколько дней врачи уже ничем не смогли помочь. Неожиданно все это, просто разумом не воспринимается!».

Недавно я получил письмо от Андрея Павловича Лыхина:

«Владимир Васильевич, добрый день!

Музей «Тальцы» на своем сайте в «Одноклассниках» выставил фотографии очередных экспонатов с пояснениями. Привожу отрывок:

- «Получается, что переданная нам мебель была изготовлена еще в начале ХХ века, во времена Российской империи, в Европейской части страны. Хозяином мебели был Петр Эдуардович Бентхен, отец которого приехал из Германии в Забайкалье на строительство Транссиба. В семье было 11 детей, судьба которых сложилась очень по-разному: заслуженный врач, инженер, геолог, участник Великой Отечественной войны, погибший на фронте, репрессированный, эмигранты… Один из сыновей переехал в Иркутск, а позже забрал к себе родителей. Семья жила в самом центре, на ул. К. Маркса, мебель видела семейные обеды, на которые собиралось до 40 человек».

К письму приложена фотография настенных часов фирмы «Мозер». Эти часы показывали время нескольким поколениям рода Бентхен.

В 2009 году Районный Совет ветеранов войны и труда выступил с предложением об установке мемориальной доски заслуженному врачу РСФСР, почетному гражданину поселка Мама -Георгию Петровичу Бентхен. Депутаты районной Думы поддержали обращение. Были собраны деньги и установлена мемориальная доска.

На время ремонта здания больницы, доска со стены была снята и после ремонта здания на место не вернулась. Неоднократные обращения ветеранов в районную администрацию остались без внимания.

Представляя на суд читателю этот очерк, прекрасно понимаю, что удалось показать малую толику из того, что можно было рассказать.

Время неумолимо, сменяются поколения и наш долг помнить о тех, кто своим трудом создавал процветающий район.

Очерк является коллективным трудом — материалы и документы легшие в его основу, предоставили: А.А. Панов, А.Н. Горюнович, М.И. Денискин, А.П Лыхин, В.П. Балясов.

Всем им автор приносит глубокую благодарность и признательность.

Сентябрь 2021 г.

В.В. Сильченко

Орфография сохранена

по просьбе автора

Добавить комментарий

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные и авторизованные пользователи.

61