Меню
12+

Районная газета "Мамский горняк"

07.08.2015 00:00 Пятница
Категория:
Если Вы заметили ошибку в тексте, выделите необходимый фрагмент и нажмите Ctrl Enter. Заранее благодарны!
Выпуск 60 от 07.08.2015 г.

Последний из могикан

Автор: В. Сильченко А.Карпов

Так сам себя Александр Иннокентьевич Дербенцев называл, которому 10 августа сороковины. Он и действительно был самым старым мамчанином, родившимся на территории нашего района в 1927 году в деревне Баталово, коей нет уже и в помине. И последним, кто проживал когда-то на Седьмом зимовье.
В восьмидесятых годах XIX века в кандалах по этапу пришел из Ростова-на-Дону в Иркутскую губернию на вечное поселение его дед, Дербенцев Иван Иванович. Сослан он был в деревню Татура, что в верховьях Лены. Оттуда написал прошение губернатору на свободное поселение и получил разрешение на переезд на речку Талая, в верховья Малой Чуи. Там построил заимку, занимался охотой, дружил с тунгусами, стойбище которых было неподалёку. Вскоре женился на Авдотье Гавриловне Кармадоновой из села Витим, и у них родилось трое сыновей – Иннокентий в 1901 году, Федор — в 1906 г., Николай в 1912 г.
В двадцатых годах Иннокентий женился на Кармадоновой Фекле Владимировне из села Витим, отделился и переехал в деревню Боталово. Тоже занимался охотой, сельским хозяйством, жил зажиточно. У них, в свою очередь, родилось двое детей: Георгий в 1925 году и Александр в 1927.
В 1930 году Иннокентия раскулачили и вывезли с семьей сначала на Камнигу, а затем на Седьмое Зимовье. Отца и братьев не тронули. Иннокентий и Фекла Дербенцевы работали в колхозе. Ребятишки ходили в школу, а летом пасли свиней и телят, помогали дома по хозяйству. Иннокентий зимой вечерами ставил петли на зайцев и куропаток, занимался рыбалкой. В 1938 году с Талой приезжал его отец — Иван Дербенцев, когда ездил в Бодайбо, заехал к сыну в гости. В том же году Александр закончил три класса и надо было учиться дальше. Повезли его в Мамскую школу, но мальчика в школу не приняли, и в четвертый класс он пошел в Колотовскую школу, но только уже через год.
В том же 1938 году умерла Фекла, осиротели ребятишки. Отец в этот момент был в тайге, брат Георгий учился в школе на Колотовке, было голодно и решил Шурка убежать зимой по санному следу к своей тётке Анне Владимировне Кармадоновой в посёлок Витим. Шел двенадцатилетний мальчишка один в старом пальтишке и в одних сатиновых штанах по морозу почти 200 километров от зимовья к зимовью и с единственным маленьким сухарём в кармане.
Когда началась война, отца забрали из колхоза, и он возглавил бригаду по заготовке рыбы и мяса для нужд предприятий района. Часть этих заготовок отправлялась на фронт. Люди в бригаде менялись, но 14-летний сын бригадира был неизменным членом бригады.
Они на бичеве уходили в верховья Мамы, где добывали мясо и рыбу. А зимой, создав бригаду из 15-летних парней, в которую вошли Хорошев Виктор Александрович и Чернышов Анатолий Николаевич, ушли «сохатить» на речку Солнце, что впадает в Панушку — приток Малой Чуи. Сложно представить, как выживали плохо одетые, почти дети, зимой, в наши сибирские морозы по полгода в тайге, где не было вообще никакого жилья. А как мог выйти в Нижнеангарск, пройдя более четырёхсот километров, заблудившийся тогда в тайге пятнадцатилетний Толя Чернышов и не погибнуть при этом?
Заготовленное мясо выносилось поближе к реке, промораживалось, хранилось в срубах со снегом, закрытое шкурами. Основной задачей охотника было догнать сохатого за 20, максимум за 30 минут. Если в это время охотник не укладывался, то зверь «разогревался», и тогда догнать его было невозможно. По весне готовили бревна на плоты, обрабатывали шкуры, сразу за льдом сплавляли на плотах мясо в посёлок Витим, там солили в бочках, сдавали на склад. Каждая бочка с рыбой, мясом подписывалась серой краской, раскаленным железом – «Дербенцев».
В середине 70-х, сын Александра Иннокентьевича Константин, в аэропорту города Владивостока встретил генерала, который ему лично рассказал, как во время войны, в их часть, защищавшую тогда Ленинград и страдающую от недоедания, сбросили с самолёта бочку с мясом, на которой была выжжена их фамилия. И генерал эту бочку и мясо запомнил на всю свою жизнь.
Незабываемое впечатление у Александра оставили заготовки на речке Панушка, над которой проходила перегоночная авиатрасса с Аляски на запад страны. Он вспоминал, что «самолеты летели косяками, как птицы».
Всю войну отец и сын Дербенцевы занимались заготовкой мяса и рыбы, менялись люди в бригаде, места охоты и рыбалки. Заготовить – одна половина дела, вторая – доставить. Доставляли на лодках, плотах, оленях, на лошадях, на нартах, на себе. Заготовили десятки тонн рыбы, десятки тонн мяса.
В 1943 году забрали в армию Георгия, старшего брата Александра, он служил на Дальнем Востоке, учил солдат снайперскому мастерству. По окончании войны с Японией поставки американского продовольствия в страну по ленд-лизу прекратились, голодным был 1946 год. Александр охотился с отцом до 1950 года, потом женился, ушел в проспекторы на рудник Витимский. Проспектором Александром Дербенцевым найдено несколько жил, самая крупная из которых, жила № 66, она отрабатывалась свыше двадцати лет. В летнее время был старателем, а зимой охотился. Как-то в один год добыл 18 медведей и сдал их государству. А 19-го оставил для пропитания своей семьи. Активно занимался отловом для переселения живых соболей.
Всегда много читал и был в курсе всех дел, что происходят за рубежом, внутри страны и в нашем регионе. Наступившие новые времена принял негативно. Особенно волновал крах района и крах нравственных устоев в стране.
Жалко ему было речку Маму, что на глазах превращается в помойку. Отрицательно относился к тому, что современные промысловики теперь выставляют капканы тысячами и стараются переловить всех соболей в тайге. Не мог равнодушно смотреть на погибающие посёлки, отсутствие какого-либо производства и в связи с этим, какой-либо достойной работы для людей в районе.
Всегда возмущался, глядя на то, во что превращается посёлок Мама. Где все улицы изрыты, где стоят мусорные баки, которые вовремя никогда не убираются, а растаскиваются по посёлку собаками и коровами. Когда теперь помойка под самыми окнами кабинета главы администрации поселения ничуть того не волнует. Как не волнуют и возмущения жителей происходящим. Волновался за своих внуков, правнуков и за всю молодёжь, которая сегодня книг не читает, мало что знает и сменила свои жизненные приоритеты с государственных на личностные.
Прощай, «последний из могикан!».

Комментарии (2)

  • Gelena, 20.05.2016 19:07 #

    У Иннокентия Ивановича и Авдотьи Гавриловны были еще дети : Владимир(...) и Галина(1935-2005) !

    • Gelena, 20.05.2016 19:09 #

      конечно же Феклы Владимировны(извиняюсь)

Добавить комментарий

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные и авторизованные пользователи.

295